Читать книгу Омоется латунью вдовье сердце онлайн

Ольга Павловна потерла глаза, наслаждаясь танцем ресничек под кончиками пальцев. Но это не помогло: она подняла взгляд — и перед ней всё ещё висело ненавистное полотно. Ольга часто задавалась вопросом, обуреваемая ненавистью и отвращением: «Зачем?» Зачем она всегда подходит к этой картине? Зачем смотреть на то, что кажется тебе настолько мерзким и постыдным, что аж волоски на руках привстают от разливающейся под кожей злости?

Из бальной залы доносились звуки струнного квартета, топот десятков каблуков, скрип половиц, приглушённые расстоянием до второго этажа крики разгорячённого танцами светского общества. Ольга крепче сжала ножку фужера — инкрустация драконьей чешуйкой больно впилась в кожу. Она отвела взгляд от манившей весельем двери и в очередной раз уставилась на картину. Суриков. Небольшое полотно, написанное по личному заказу Фёдора Ивановича Паскевича и висевшее теперь в анфиладе дома на Английской набережной. В полутьме свечей и с видом на бурлящую холодом Неву оно казалось ещё более неуместным.

Ольга Павловна помнила, какой фурор в светском обществе произвело «Утро стрелецкой казни». Благоговейный ужас, который испытали все стоявшие на премьере полотна, до сих пор всплывал в воспоминаниях, чуть сбивая дыхание. Ещё она помнила все эти шедшие следом сплетни и слухи о немедленном выкупе Третьяковым шедевра за баснословную сумму — восемь тысяч рублей. Поистине достойная картина. Она любила Сурикова. Так же, как и многие дамы в светском обществе любят талантливых живописцев. Не слишком уж сильно. Совсем не так, как она любила драконов. Может, поэтому это маленькое, убогое полотно точно убивало в ней всё живое.

Серое небо в тёмной копоти, залитое пламенем; блестящие от дождя цветастые купола собора; стрельцы, бок о бок с драконоборческими дружинами, целят из луков в чёрного ящера. В некрасивого, не прекрасного, не такого, каких она видела на всех кольцах, серьгах и ожерельях, фресках и аккуратных открытках ко Дню Пламени, не такого, каких рисуют гравюристы на гербах и императорских штампах. Здесь это было настоящее чудовище, спорящее размерами с самим Покровским собором и вторящее ужасом в лицах разбегающейся толпы и даже некоторых из драконоборцев, держащих луки трясущимися руками (здесь Ольга Павловна вполне признавала талант Сурикова — атмосфера страха вышла очень даже натуральной). «Налёт Змия на Москву» в детстве ей казался одной из глупых страшилок, которыми пугала её няня. «Не бывает таких драконов, чтобы купол собора обвалить», — перечила она ей каждый раз, когда та читала ей на ночь.